Жизнь продолжается. Мы умираем от невозможности принять всю ту бубуйню, що тут и там коїться, а новые тестировщики постоянно откуда-то рождаются и ходят по кругу с удивительно одинаковым вопросом:
Где найти ментора?
Ответов сразу несколько:
1) (правильный) Подходишь к живому тестировщику, устанавливаешь с ним социальную связь и спрашиваешь о работе — делаю то и это, должно получаться так, а не получается. Можешь помочь, подсказать, объяснить? Повторять в цикле с разными живыми тестировщиками.
2) (социально-одобряемый) Идёшь в Moldova QA Community, выпаливаешь самого адекватного, устанавливаешь с ним социальную связь и спрашиваешь о работе (см. выше).
3) (псевдо-адекватный) Идёшь в любое коммьюнити тестировщиков и спрашиваешь, где тут бесплатно раздают бесплатных менторов.
Коммьюнити с менторами у нас аж два:
На первый взгляд это тихо-мирно существующий tg-канал, преисполненный патриархальной тишины всех провинциальных городов. Но внутри — движуха, беготня, надежды, вылазки на природу и подкоммьюнити, в котором периодически рассматриваются заявки на менторство для тестировщиков. Участие в нём добровольное, с кем посчитаю интересным поговорить — с тем и свяжусь, дальше посмотрим. Ну или не я, а кто-то ещё, чего вы ко мне привязались-то?!
Глобальное коммьюнити про IT в Молдове. Это отдельная экосистема, в которой раз в год организовывают масштабную программу менторинга по разным направлениям, в том числе и для QA. Тоже абсолютно добровольное участие для всех сторон, но уже с вайбом большого проекта с семью директорами с восемью печатями — есть центральное управление, условия участия, сбор фидбэка с оценками, торжественно-парадная ритуальная церемония открытия и закрытия программы. В этом году я к этой программе подконнектился по линии QA на русском языке (на родном мне про тестирование говорить сложновато).
Торжественно-парадная фото-пикча автора на фоне автора же, подвисшего на карусельках на Ботанике, с церемонии открытия программы менторинга 2026-го в TechWomenMoldova
Программа “2026” уже завершилась, но всё ещё есть о чём подумать, например о том, что менторы будут существовать даже в нашем будущем, которое мне представляется как сплошной сериал Star Trek в бандитско-неустроенной вселенной Star Wars, где отважные старшип-капитаны и их грамотные намбер-уаны на протяжении всех серий преисполнены дипломатии и сочувствия ко всем живым тестировщикам существам. Короче, всем смотреть. Вон как красиво там раскрывается тема менторинга джунов (Shut up Wesley! ©)!
Пока все ушли смотреть бесконечный сериал про бесконечное звёздное небо внутри нас и леденящую душу действительность вокруг нас, я начну неспешно, многосерийно говорить о том, что такое «ментор» и откуда это всё взялось.
Важный дисклэймер в эти дурацкие времена: весь текст написан вручную с применением типографики, которую я разумею как правильную (в KDE она включается на раз-два и очень удобно используется), с длинными тире и французскими кавычками-ёлочками. Текста много, потому что я его писал не в один присест — в прекрасном десктопном вики-редакторе Zim (см. скриншот оригинала), по своему усмотрению усмиряя пухнущие и расползающиеся абзацы. А из-за того, что в наборе таки были орфо или даже стилевые ошибки, мне приходится по мере их выявления там и сям обновлять уже опубликованный текст. Понять и пrостить.
Кто такой «ментор»
Начнём ооочень издалека, чтобы прояснить лор* и бэкграунд** нашей темы.
* Лор (от англ. lore) — история, устройство и внутренние правила вымышленного, как правило, игрового мира. Он объясняет персонажей и предисторию событий, в которые игрок начнёт погружаться, иногда поверхностно, иногда очень детально, от происхождения сторон до скрытых связей и событий, которые могут быть неочевидными, но важными.
** Бэкграунд — background же!
Может показаться, что на страницах всемирной истории греки больше всего преуспели в насаждении своей национальной культуры окружающим их народам, в постоянной войне «все против всех» и в наименовании друг друга экзотичными именами. На самом деле эти вымершие парни прочно сидят в современной культуре всей Европы, и хорошо бы понимать их первоисточник.
Про названия
Не все знают, что называть греков греками некорректно. Они изначально не были единым народом, это был народный сборник племён и народов, разбросанный по островам, и все называли себя кто во что горазд — данайцы (иногда данаи), аригвяне, ионийцы, дорийцы, эолийцы, грайки, локры, ахейцы…
Некоторое время греки жили даже на территории современного Севастополя в городе с изысканным названием Херсонес Таврический (не путать с более современным украинским Херсоном), но местные их называли то херсонесцами, то херценосцами, и греки ушли оттуда ещё во времена поздней античности в IV–V веках нашей эры.
В русской литературе древнегреков издревле привыкли называть ахейцами. Например:
…Куда плывете вы? Когда бы не Елена,
Что Троя вам одна, ахейские мужи?
Или
Смотрите —
Лечу, словно в сказке,
[…]
И в край незапамятный тот,
Где снова ахейские старцы
Ладьи снаряжают в поход.
Чужое и глупое горе
Велит им на Трою грести.
А мне — за Эгейское море,
А мне еще дальше расти!
А ещё в древности в принципе не было единого греческого национального государства. Было слово Хелла́с (Ἑλλάς) — обозначение греческого мира вообще, которое со временем превратилось в Элла́с. Местные называли себя, соответственно, э́ллины (ударение смещено на «э» по правилам их языка) с уточнениями, мол, здравствуйте, я эллин-ахеец, кофе будете? А я эллин-данаец, здравствуйте-калимерствуйте, кофе мы ещё не изобрели, поэтому налейте мне вина! А, точно, и овечьей брынзы возьмите… Овечьей, из овечьего молока, иногда с добавлением козьего, то есть, фета? Да, фета… А виноград будет? А по наглой морде? А священная ксени́я? Ах, да…
Не морщимся, чуть позже этот псевдодиалог станет чуть более, чем полностью понятным.
Позже они переназвали свою страну Элла́да согласно уточнённым нормам своего осовремененного языка. Слова «грек» и «Греция» они и сегодня не признают и употребляют только в общении с глупыми иностранцами, деньгиприносящими.
«Илиада»
Можно подумать, что это искаженное название Эллада, но нет.
Много веков назад на побережье Эгейского моря на полуострове Троада (сегодня он называется Бига и принадлежит Турции) некий Ил, сын некоего Троса, основал новый город. Город он назвал имени самого себя, конечно же — И́лион (в оригинале Ἴλιον, звучит ближе к Ийон), а местность назвал по имени своего незабываемого папы Троса — Тро́я.
Столицу полуострова Троада древние греки называли то как полагается, Илион, то упрощённо Троя, потому что на Троаде же, и в те времена города иногда были одновременно и государствами, и когда один говорил «Троя», миллионы понимали, что имеется ввиду город-государство Илион с полуострова Троада.
Например, мы сегодня подразумеваем, что спартанцы жили в государстве с названием Спарта. На самом деле они жили в местности Лакония, на территории которой забубенили своё государство Лакедемон, и на территории этого государства они понастроили городов, главным из которых был город-государство Спарта. То есть, все спартанцы — лакедемоняне, но далеко не все лакедемоняне, жители Лаконии — спартанцы, так-то.
Ну и да, термин «лаконичность» — манера говорит немногословно — происходит от манеры древних жителей Лаконии говорить кратко и по делу.
И как-то случилась в этом тройском царстве-NOT-государстве занятная история. Летним тёплым вечерком XII-го века до н. э. некий Парис, сын Приама, тогдашнего царя Трои, припёрся в гости к Менелаю, царю Спарты. Да-да-да, та самая THIS IS SPARTAAAA!
Менелаич принял царевича Трои радушно, по-человечески, или как говорили греки, «cu un paharel de jin și mămăliguță proaspătă», но тут юный мистер Пэрис Приамович увидел менелаеву жену с редким именем Елена… Увидел да не развидел, потому что там было на что посмотреть, в наше время она считалась бы победительницей конкурса «мисс tech Вселенная», всем встать, тётя-бомбуэ! Ну и захотел он Елене, эээ, подарить всего себя.
Елена, конечно, пошла в отказ, мол, женатая же я, не надо мне таких подарочков, но богиня Афродита мимо пробегала и насильно влюбила Елену в Париса. Елена разумом всё понимает, но внутренней Афродите не перечит и решительно прихватив заметную часть сокровища мужа (воровство в большом масштабе, да) а также двух молчаливых рабынь, чтобы сундуки тащили, сваливает с Парисом в Трою. Дома остались разгром, её девятилетняя дочь Гермиона и сын Никострат (с неопределенным количество лет; возможно, он даже ещё и не родился к тому моменту). Ну не таскать же детей за море в компании «нового папы»…
Менелай за утренним кофе виноградном зелье узнаёт об этом круизе, офигевает, и как истинный жерарбатлеровский спартанец хочет кое-что кое-кому кое-как отрубить. Дважды. И деньги верните, волки позорные! Но волки позорные уже резво плывут в Трою к батьке Приаму, который начинает грызть ногти на ногах, думая о последствиях, о которых не подумал его шкет и озорник Парис.
Менелай таки сгонял в Трою с досудебным заявлением, но там ему показали МПХ и на дверь. Не стерпел Менелай, не стерпел, кинул клич среди вооруженной братвы и как всё заверте…
Древние греки, которых мы не должны называть греками, на раз-два собираются очень большой армадой, прут толпой в Трою, устраивают там осаду и десять лет ежедневно, как на работу, ходят к ее воротам, мол, открывайте! А троянцы им в ответ — неееееет… Туда-сюда по локации шастают олимпийские боги, которые в те времена постоянно тусили среди землян и местами творили чудеса, чаще — мерзости.
Надо понимать, что древние греки воспринимали мироздание не так, как современные древние греки. В их мире постоянно присутствуют множественные древнегреческие боги, которые так-то жили на неприступной горе Олимп или в бесконечных морских пучинах, но постоянно являлись в мир и сильно влияли на всё, что в мире происходило.
Боги эти были не только бессмертными и мудрыми, но и очень стервозными мудаками, потому что были они беспредельно всемогущи и развращены бесконечной властью. Они могли принять облик любого, буквально любого древнего грека и действовать от его имени. Или могли одарить человека чем-то вроде мудрости или богатства. Или превратить в лягушку.
Например, один славный древнегрек Актео́н увидел, как Артемида, вечно юная богиня охоты, женского целомудрия, покровительница всего живого на Земле, дающая счастье в браке и помощь при родах, богиня Луны и сестра Аполлона (который был олицетворением Солнца), плещется в проточной воде. Артемида обозлилась и нет, не выцарапала ему глаза, а превратила глазастого Актеона в оленя. И кто же знал, что у Актеона есть аж 92 собаки, которые не унюхали своего хозяина за «оленьими» глазами и разорвали его на 92 клочка. Не становитесь оленями, мужики!
А ещё боги могли кого угодно просто взять и оплодотворить, отчего бедные греки то и дело рожали полубогов, которые наследовали от своих разнузданных предков только часть божественных возможностей (ну, типа как герои комиксов Marvel), но им тоже знатно срывало башню и они начинали жить да озорничать в меру своих ополовиненных возможностей.
Наконец, отсидевшие десять лет под стенами Илиона греки протрезвели, поговорили с богами, трезво оценили тактическо-стратегическую обстановку, прекратили неэффективную драчку у неприступных ворот и сделали эффектный ход в Трою деревянным конём. На боку коня, чтобы троянцы не заподозрили троянского коня, было написано: «Этот дар приносят Афине Воительнице уходящие данайцы*», а то, что внутри спрятались хитрые греческие воины — не написали. Троянцы написанное на заборе прочитали, прочитанному нотариально поверили, затащили эту деревянную ерунду в город всё разверте…
* Помним, что данайцы — одно из греческих племён, которых, как мы знаем, нельзя называть греками. Но древние римляне называли всех греков обобщающе «данайцы», отсюда и стихотворное «Timeo Danaos et dona ferentes».
Так вот, коня затащили в Трою, в коне сидели хитрые древние греки (Менелай, Одиссей, Диомед и др), которые ночью выползли из коня с мечами наголо ну и end of story, всем секир-башка, усталые, но довольные греки вернулись домой с богатой добычей, а усталые и недовольные жители Трои медленно умирали на развалинах империи от злости на свою же глупость. Руины Трои хорошенько поросли травой забвения и были обнаружены только в конце 1860-х годов настырным археологом Генрихом Шлиманом (тот ещё шлемазл!).
А ведь всё могло бы быть иначе. Греческие ахейцы могли бы и не рваться в Трою, мол, Менелаич, ну сбежала твоя жинка — та найди себе новую, ты же царь Спарты, ёпта. Да и нужна тебе новая жена? Было бы у нас столько рабынь, сколько у тебя, мы, может, и не женились бы…
Или могли бы поехать, но лососнуть крепкого троянского тунца и вернуться домой ни с чем. End of story, пренебречь, все танцуем задорный танец здорового рукомашества и дрыгоножества
Или сами тройцы могли бы прикинуть кое-чего к носу, собрать армию и приплыть из своего Иллинойса проведать самих древнегреков сразу с Парисом и мечами наголо… Кагбэ, ой.
Со временем все герои всей истории последовательно умерли: Ахиллеса застрелили (стрелами), Парис был выпилен очень ядовитой древнегреческой стрелой в ходе рутинных военных действий при осаде города-государства, а Елена Прекрасная — кхм…
А Елена Прекрасная после смерти Париса быстро переоформила документы и стала женой другого царевича, парисового брата Деифоба. А когда Троя пала, Менелай внутрь города зашёл, этого Деифоба нашёл и зарезал, после чего мрачно поехал домой с «любимой женой». В пути их помотало так круто, что домой они доплыли только через восемь лет, после чего Менелай чинно пожил да и помер, раздав свою душу многочисленным олимпийским богам.
Всё ещё прекрасная, но уже вдова Елена была тут же выпнута из дворца и вообще из Спарты своим же сыном Никостратом за «неподобающее поведение лица, облечённого высшей административной властью» (ах вы хочете беспоследственно воровать мужнины драгоценности и ездить по заграничным троянским курортам!?; так что ехайте вы, мамаша, куды завгодно).
Ну и бедная вдова послала сообщение на ближайший остров Родос к своей подруге-королевне Поликсо, мол, давай я приеду, посидим-поболтаем, как две равные царствующие вдовушки, я о Трое расскажу, фотки фресок покажу.
SMS на весь экран: «Приезжай )))))!!!11!!!11!…»
Елена приехала, но не учла, что Поликсо стала вдовой потому, что муж ейный (Тлеполем) был убит под стенами той самой Трои, и безутешная вдова НЕ забыла, из-за кого вся эта илионско-троянская история началась. И пока прекрасная гостья принимала душ после долгой дороги, хозяйка Родоса велела своим служанкам достать «нашу прекрасную гостью» из ванной и as is, с голой Жэ, повесить на любом дереве. Было исполнено.
Странно, что не утопили, ведь логистически это было намного проще сделать. Но не нам судить о милых женских капризах в деле исламизации персонажей.
Война закончилась, все переключились на другие войны (в те времена мирных лет было крайне мало) и позабыли про всю эту Трою, но 2825 лет назад, уже в VIII-м веке до нашей эры, через 400 лет после всей этой истории, в Элладе возник слепой поэт Гомер, который сделал по данной теме исторический реферат в стихах — без рифм, зато особым устаревшим дактило-хореическим размером, который называют гекзаметром. И назвал он эту эпическую историю «Илиада» — по первозданному названию упомянутого города-государства.
По факту оказалось, что Гомер создал первую в истории мировой литературы и культуры трагедию, так-то. Да ещё на документальном материале. До него многие так делали, да не очень удачно. Псле него многие пытались повторить его подвиг, но увы, не осилили.
А мы, мировая культура (или надо говорить мы, мировые культуристы?) получили из всей этой гомеровской истории меметично-известные имена героев: Ахиллес (благородный дон, поражённый в пятку), Одиссей (благородный дон, который долго не хотел возвращаться домой, а когда вернулся — убил всех гостей в своём дворце), Аякс (их, как закарпатских деревень, сразу двое — Великий и Малый), Гекто-о-о-о-ор, Лаокоон (под видом статуи голого мужика с сыновьями и змеёй; походу, его запечатлели в процессе яростного развода) и прорицательница Кассандра (к слову, сестра Париса), которая проницательно предвидела, что данайский конь — это бэмц, но не предвидела, что ей грозит за это прорицание. Памятники ей не ставили, но один нерукотворный сам Высоцкий ей своими руками сотворил.
Ок, бро, это прохладная история, а причём здесь ментор? Пока что ни при чём, разве что есть любопытное совпадение — In Real Life в IV веке до н. э. одного из правителей той самой Трои звали Ментор! То есть, Ментор — это просто имя человеческое, вроде Владислав или Ярослав или Славослав… Во как!
«Одиссея»
Гомера все так хвалили за «Илиаду», что он забыл остановиться и выкатил в прод вторую стиховорную поэму на ту же тему — «Одиссе́я».
Помним, что среди участников троянского сражения и сидельцев внутри троянского коня был такой товарищ Одиссей — тоже очень благородный дон, итакиец, царь острова-государства Итака (всё ещё открыт для посещения).
В поздней латинской интерпретации Одиссея упёрто называют Улисс (Ulysses).
Как-то Одиссей припёрся к Алкиною, царю феаков, мореплавателей со сказочно быстроходными кораблями. Мужики быстро соорудили большой стол, за которым Одиссей громко рассказывал о своих приключениях после возвращения с троянской войны. А Гомер словно рядом сидел и всё слепо записал…
А дело было так. После одоления/поражения Трои все разъехались по домам. Но, например, Одиссей подзадержался в пути аж на десять лет — там то одно, то другое… Одиссея все эти десять лет на Итаке ждут его верная жена Пенело́па, верный сын Теле́мах, верный пёс А́ргус и неверные соседи, которые хотят зохавать себе всю Итаку и жену и собаку, раз уж хозяина нет дома. Они толпой тусят в доме Одиссея, их всех бесплатно кормят жители Итаки, и двенадцать рабынь Одиссея уже стали их любовницами, кагбэ, успех пришёл к пацанам.
Но тут на сцену выскакивает взрослеющий сын Одиссея Теле́мах.
В оригинале говорят Тэле́макхос, там «xэ» надо произносить манерно, как в «LaTeX». И ударение, как видим, на «е». Но я чаще слышал ударение на «а». Ну, мы Кема Кейнера называем Сэмом Канером и ничо, живы все.
Как-то получилось, что чем ближе к нам, тем чаще Тэле́маха начали называть Телема́х, и ничего с этим уже не поделать.
Телемах очень рад, что его не назвали сдуру Телевизором, но не рад, что своего героического папку он не видел аж со своего младенчества, а уже пошел двадцатый год (десять лет он провёл на войне, и уже десять лет как должен был вернуться, но он хз где, ой-вэй). Телефонов нет, новостей нет, дом оккупирован беспардонными гостями, и пацан решает поездить по районам и поспрашивать новостей про батю, мало ли.
В те времена дети не боялись шариться до поздней ночи по округе, потому что каждый древнегреческий пацан знал минимум 300 звезд в небе и носил с собой острый ножик, из-за чего считалось, что юный древнегрек в принципе не может заблудиться. Но выходить за пределы своего района было опасно — у всех есть ножи, и всем нужны рабы… Мы же помним, что в Древней Греции не только придумали демократию, но и постоянно поддерживали рабовладельческий строй.
Собственно, Одиссей тоже был рабовладельцем и ничо, и норм.
А в этом строю будь ты хоть Телемах, хоть сам Максимус Ундецимус Меридианус Прайм, командующий северными армиями, генерал испанских легионов, верный слуга истинного Императора, отец убитого сына и муж убитой жены, сосед убитого соседа, но если тебя ВНЕЗАПНО стукают по башке каменюкой, связывают и на ближайшем рынке продают в рабство, то увы… А ещё в их мире не было паспортов, полиции и конституционных прав (потому что и самой конституации не было). А ещё в их мире постоянно шастают олимпийские боги, отчего ЛЮБОЙ человек на твоём на жизненном пути мог оказаться богом…
В современности это всё воспринимается иначе. Сегодня нам сложно представить ситуацию, когда ты вышел за хлебом, а оказался в плену злых толстомордых товарищей в военной униформе без опознавательных знаков (немыслимо для вояк, кои очень любят носить на себе надписи и эмблемы), которые грубо пихают тебя в автобус, держат в подземелье в качестве раба и требуют вместо них поехать на войну и поумирать там во славу чего-то непонятного… Мы были бы в ахействе от таких раскладов, а древним ахейцам такое как раз было нормой.
Некоторые наши современники, пересмотревшись фильмографии режиссёра Нолана, уже знают о том, что в Древней Греции существовал ранее упомянутый ксени́я (ξενία) — закон/обычай гостеприимства, который придумал Зевс:
- хозяин обязан принять путника, накормить и предоставить ему ночлег;
- гостя нельзя оскорблять или причинять ему вред;
- гость обязан уважать хозяина и не злоупотреблять его гостеприимством;
- между сторонами устанавливались долговременные взаимные обязательства.
В случае проделок Париса с Елены нарушение ксении особенно вопиюще: Парис и Елена не просто грубо обошлись с Менелаем, а нарушили священный порядок гостеприимства, который установил сам Зевс. Так-то.
И да, от этого обычая происходят женское имя Ксе́нии (др.-греч. ξενία «гостеприимство»). Сегодня не каждая Ксю знает, что носит имя, которое придумал Зевс, разве что ударение сместилось…
И кажется нашим современникам в прохладных кинозалах, что в те прекрасно-пасторальные времена эта законодательная ксения пронизывала всю тогдашнюю доисторическую цивилизаци — незнакомого путника прими, накорми, кров дай, вина дай, бабу дай (рабыни же!), и только на третий день уже спрашивай его имя, откуда пришел и куда идёт, ибо в каждом страннике может скрываться бог! Некоторые наши современники даже истово веруют в то, что это, мол, была не просто вежливость, это была инфраструктура мира без гостиниц, посольств и банковских карточек; а сам Нолан называет этот принцип «клеем, который держал всё общество». А ещё эту мудрую практику мироустройства использовали древние римляне, древние евреи, древние шумеры, древние молдаване и прочие древние древляне.
Ну да, ну да… Священное гостеприимство от людей, у которых есть рабы, и которым всегда нужны новые рабы.
И лёг спать усталый условный Максимус Ундецимус Меридианус Прайм, командующий северными армиями, генерал испанских легионов, ублаженный ласковыми рабынями и хмельными винами, и проснулся связанным и с комком (чужих) носков во рту по пути к ближайшей агоре на продажу… Ну и что? Ну и всё. Надо было успеть первым зарезать гостеприимных хозяев. End of story.
В общем, даже несмотря на все эти ваши ксении, шастать по дорогам общего пользования в те времена боялись и дети, и взрослые. Сопроводить юного царевича в этом ненужном, но важном путешествии не побоялся некий Ментор, пожилой друг и советник Одиссея, которому Одиссей когда-то буквально нотариально поручил присматривать за подрастающим Телемахом во время своего слегка, гм, затянувшегося отсутствия.
Не на усмотрение своей жены оставлять ребенка, да? Вам рассказать, какое отношение к женщинам доминировало среди постоянно машущих мечами рабовладельцев? Вон, даже у царей жены тырили фамильные драгоценности и сбегали с молодыми киПарисами в какие-то Трои не просто так же…
Телемахус и Ментор обсуждают карту поездки по древним землям
Ааааааа, скажем мы, так вот почему ментор называется ментором! Он сопровождает юного Телемаха в путешествии и даёт ему мудрые советы…
Нет. Смотрим дальше.
В какой-то момент во время этого путешествия облик Ментора незаметно принимает Афина — богиня мудрости, знаний, искусств и ремёсел, наук и мастерства, ума, сноровки, изобретательности, военной стратегии и тактики, которая заводит с ничего не подозревающим Телемахом прелюбопытные разговоры, в ходе которых мы понимаем, что пацан был вообще не дурак, мог сперва подумать/поразмыслить, и только после действовать.
Прямая цитата:
«Но, – отвечал рассудительный
сын Одиссеев, —
Как подойти мне?
Какое скажу я приветствие, Ментор?
Мало ещё в разговорах разумных
с людьми я искусен;
Также не знаю, прилично ли младшим
расспрашивать старших?»
Дочь светлоокая Зевса Афина ему отвечала:
«Многое сам, Телемах, ты своим
угадаешь рассудком;
Многое демон откроет
тебе благосклонный…»
Ааааааа, снова скажем мы, так вот почему ментор называется ментором! Это сама богиня мудрости сопровождает юного Телемаха в путешествии и даёт ему мудрые советы…
Забавно, что это очень логичный вывод, но снова НЕТ! Смотрим ещё дальше.
Сам Ментор в этой истории Гомера мудростью не блистал. Афина блистала, а Ментор — ну, просто взрослый, знатный человек, друг Одиссея и доверенное лицо, которому Одиссей поручает присматривать за домом (не справился) и Телемахом (почти справился). Никак не учитель, наставник или там, просветленный мудрец, просто сопровождал, ксению показывал. Да и не было ему нужды заниматься менторированием, для этого использовались другие люди и понятия — например, были люди с названием παιδαγωγός (paidagōgós). Как правило, педагогами называли рабов, которые должны были довести юного господина до школы и обратно, чтобы не прогуливал, ну и заодно посоветовать что-нибудь здравое, если будет необходимость, например, как приложить подорожник, если ушибся или что нельзя сосать сосульки. Ну или можно, но чтобы никто не видел.
А ещё у эллинов было слово διδάσκαλος (didáskalos) — буквально «Учитель», но надо учесть, что к нам это слово пришло из уже поздних библейских текстов, в которых так называли, например, самого Джызус Крайста. То есть, это не профессия, а призвание человека, который олицетворяет какую-то доктрину и «ведёт за собой» слушателей своих, аки пастырь овец.
В Румынии этим древним словом и сегодня обозначают сразу два явления: как устаревшее «учитель» и как древнее, но устойчивое «дьяк», который в церкви тянет «мнооооогая лееееета». А иногда эти два понятия вместе обозначают одного человека, потому что в церковно-приходских школах детей грамоте учили те же духовные (или придуховненные) лица, которые читали вслух религиозную пропаганду.
Поэтому факт — менторов, каких мы сегодня подразумеваем, у древних греков не было. Было просто имя «Ментор».
А ведь Гомер мог бы назвать упомянутого персонажа иначе, например, Автандил. И сегодня мы искали бы в youtube видео «Как найти себе автандила».
А как, например, называла самого Ментора его мама? У любого ребенка есть уменьшительно-ласкательное имя, вероятно, Мент? И если бы Гомер назвал Ментора Ментом, то youtube > «Как найти мента по Java»…
Тут вдвойне любопытно — у Гомера таки упоминается мент! Даже два! Первый гомеровский Мент (греч. Μέντης, Méntēs) упоминается в «Илиаде» ― царь каких-то киконов. Второй Мент упоминается в «Одиссее» — царь мифического народа тафийцев.
Имя второго почему-то приобрело в древнегреческом народе уничижительное значение и стало обозначать зловещего посланника… Вероятно, бил подчиненных резиновыми дубинками по почкам.
В «Одиссее» Афина вольготно буйствует, и по ходу дела принимает как облик Ментора, так и облик Мента. Ух… Смена масок в древнегреческом театре была нормой.
Ещё скажем пару слов про образ Телемаха. Его образ — это такой себе эпик про взросление. Изначально это незначительный персонаж, рос без отца, в школу не ходил, в доме бардак, в голове кавардак, характер ненордический, не женат. Однако после упомянутого путешествия он вернулся домой слегка позврослевшим. И когда его отец таки является и говорит «Я твой father, Люк!», Телемах на пару с папой начинает недрогнувшей рукой методично убивать тех самых гостей, которые жрали, разлагались и домогались занять вакантное место царя Итаки. То есть, Телемах ДО путешествия — просто юноша. Телемах ПОСЛЕ путешествия — это взрослый тип с мачете. Machete kills.
А когда всё развертелось и устаканилось, Телемах вывел во двор тех самых двенадцать рабынь, которых принудили ублажать бывших гостей, неудавшихся пенелопских женихов, и всех повесил. Он ведь тоже был рабовладельцем, и мог делать со своим имуществом буквально всё, что захочет.
«Приключения Телемака»
Итак, у нас уже несколько дядей с именем ментор:
- один из IRL правителей той самой Трои в IV веке до н. э.
- персонаж Ментор из Одиссеи
и ни один из них не олицетворяет связку «ментор — наставник». Противоречие…
Тут надо узнать, что прохладные былины Гомера были топом во время их появления, но затем медленно исчезли из общественного поля зрения. Причн тому множество — чтобы их читать, надо было, соппсно, уметь читать… Древний Рим, конечно, перенял много из эллинской культуры, но и там надо было сперва уметь читать, и желательно на эпическом древнегреческом. А гомеровский язык — это не совсем древнегреческий язык. Он не рассказывал, а пел поэтические песни, поэтому он использовал искусственный поэтический язык, в котором есть множество ОООООчень древних форм, которые дико необходимы для эпического стихосложения, но так же дико устарели и стали непонятными. Как выразился один из исследователей, «Эпическое повествование поэмы напоминает сон — событийный, красочный, жуткий, эротический, захватывающий и трогательный одновременно. Ни одна другая книга не подарит читателю такого сна». Язык — оружие, це однозначно.
Например, эпичный героизм какого-нибудь героя выражался через эпичные эпитеты — шлемоблещущий.
Записывать эти песни было особо некому, до нас дошли тексты, набранные алфавитом, который в принципе не существовал во времена былинные. Поэтому читать эти тексты со временем было всё сложноее и всё более некому. Да и нафига тебе древние поэмы, когда на дворе начинается распад Римской империи, вандализация и джызускрайстизация оставшегося населения, кругом чума, варвары и прочие непотребства…
А переводить все эти гекзаметры на певучую латынь — та ещё задача. И когда развалились древние римляне, читать это всё стало интересно немногим. Ну, серьезно, предположим, что на дворе условно 1699-й год, просвещенный 17-й век перетекает в 18-й, в Европе всё ещё пытаются оклематься от последствий безумной религиозной тридцатилетней войны и вообще не очень здравая обстановка. Идёт какой-нибудь молодой человек в библиотеку и просит что-нибудь интересного… Какова вероятность, что ему предложат почитать гомеровские тексты, которым уже 2500 лет!?
Но случилось непредсказуемое. В 1699-м году во Франции некий Франсуа Фенелон подхватывает древние тексты и выпускает приквел — якобы расширенные «Приключения Телемака» (Les Aventures de Télémaque).
Имя уже известного нам Телемаха на французский манер однозначно произносится как Телема́к, и можно предположить, что с тех времён исчезает Тэле́мах и появляется Телема́х, он же Телема́к.
Бить по рукам Фенелону некому, он берёт уже подзабытых за две тысяи лет древнегреческих персонажей (допустим, что из латинских переводов) и клепает историю путешествий юного древнегрека по Древнегреции по-новому, и в этой книге Ментор становится уже не просто туда-сюда ходящим персонажем, а тем самым образцом «мудрого наставника», который направляет и обучает молодого человека.
Начинается история Фенелона сразу с того, что Телемак и Ментор выброшены бурею на остров бессмертной богини Калипсо — там, где уже провёл много лет Одиссей. Богиня предлагает кораблекрушельным гостям переодеться в сухое, после чего она расскажет ему про Одиссея… ну и всё такое. Телемак восхищается предложенным одеянием — тонкая ткань, одно снега белизны, другое багряного цвета с богатым золотым шитьем… И тут начинаются первые же слова Ментора, сказанные строгим голосом:
– Такие ли мысли, Телемак, должны занимать сердце сына Улиссова? Поддержать славу родителя, победить судьбу, тебя преследующую – вот что должно быть предметом твоих мыслей! Юноша, любящий, как женщина, драгоценное убранство, недостоин мудрости и славы. Слава есть достояние сердца, которое умеет страдать, отвергая забавы. Страшись, чтобы она не ввергнула тебя в новые бедствия. Страшись обворожительных ее прелестей более, нежели камней под водой. Кораблекрушение, самая смерть не столь опасны, как удовольствия, подмывающие в нас добродетель. Не верь хитрым вымыслам. Юность высокомерна, возлагает всю надежду на свою крепость, слабая трость мечтает быть всемогущей и, никогда не пребывая на страже у сердца, легкомысленно отдает его всякому. Не внимай сладким и льстивым словам коварной Калипсо. Они будут вкрадываться в тебя, как змея под цветами. Трепещи тайного яда, не верь себе и ничего не начинай без совета твоего верного друга.
И тэ дэ, и дальше много всякого, чего у Гомера не было в принципе. Отсебятина, короче.
Но отсебятина Фенелона внезапно становится сверховерпопулярной, и уже начиная с 18-го века нашей эры имя Ментор во всех европейских странах стало нарицательным для наставника — абстрактного пожилого, умудрённого человека, который передаёт молодёжи свой опыт.
Кагбэ, понятие ментора взято из Гомера, но пришло не от Гомера. Зато теперь мы скажем ааааааа, так вот почему ментор называется ментором! Из-за Фенелона!
И будем правы.
Церемония закрытия TechWomen Moldova Mentor program 2026. Я справа.
Припасть к оригиналу
Если после этого захочется прочитать Илиаду и Одиссею, то будет сложновато. На английский язык это всё было переведено около семидесяти раз, на русском же увы, придётся взять переводы Викентия Вересаева (начаты в 1937, опубликованы в 1949 и 1953), который перевёл оба текста в одной манере, и если к ней привыкнуть, то можно прочитать всё последовательно. Есть ещё по-отдельности перевод «Илиады» Гнедича (1829) и «Одиссеи» Жуковского (1849), но там прям надо напрячься, чтобы бесшовно перейти от одного текста к другому.
В современности рассматриваем перевод «Одиссеи» Стариковского, но там надо понимать, что он отошёл от строгого русского гекзаметра, созданного Гнедичем и Жуковским. С одной стороны это очень хорошо, с другой — это дико плохо, потому что непривычно.
Перевод Василия Жуковского (1849)
Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который,
Странствуя долго со дня, как святой Илио́н им разрушен,
Многих людей города посетил и обычаи видел,
Много и сердцем скорбел на морях, о спасенье заботясь
Жизни своей и возврате в отчизну сопу́тников; тщетны
Были, однако, заботы, не спас он сопутников: сами
Гибель они на себя навлекли святотатством, безумцы,
Съевши быков Гелио́са, над нами ходящего бога; —
День возврата у них он похитил. Скажи же об этом
Что-нибудь нам, о Зевесова дочь, благосклонная Муза.
Перевод Викентия Вересаева (1952)
Муза, скажи мне о том многоопытном муже, который
Долго скитался с тех пор, как разрушил священную Трою,
Многих людей города посетил и обычаи видел,
Много духом страдал на морях, о спасеньи заботясь
Жизни своей и возврате в отчизну товарищей верных.
Все же при этом не спас он товарищей, как ни старался.
Собственным сами себя святотатством они погубили:
Съели, безумцы, коров Гелиоса Гиперионида.
Дня возвращенья домой навсегда их за это лишил он.
Муза! Об этом и нам расскажи, начав с чего хочешь.
Перевод Григория Стариковского (2026)
Муза, скажи мне об изворотливом муже:
он долго скитался, разграбив священную Трою,
видел многие города, изведал нравы
людские и многие беды вытерпел нá море,
жизнь сохраняя свою и возвращение спутников;
спутников все же не смог спасти, хоть и тщился:
по собственной блажи погибли, глупые, съели
коров из стада Гелиоса Гипериона (он отнял
день возвращенья) — об этом нам тоже, богиня,
Зевсова дочь, поведай — начни, где хочешь.
Я ещё воткнулся в перевод на румынский язык, а тут дело было многоступенчатым: 1) Theodorus Gaza в 1811-м перевел древний текст на условно более современный койне — это диалект, который возник в конце IV века до н. э., после завоеваний Александра Македонского, и стал общеупотребительным греческим языком эллинистического мира; новозаветный библейский греческий в основном написано на койне, 2) George Murnu перевёл всё с газовского койне на околосовременный румынский (1912 и 1924). И это не так, чтобы прям оригинал, тот же Жуковский сделал перевод с подробного немецкого подстрочника, и ничо, терпим. Слог мощен и тоже гекзаметричен:
Cântă, zeiță, mânia ce-aprinse pe-Ahil Peleianul,
Patima crudă ce-Aheilor mii de amaruri aduse;
Suflete multe viteze trimise pe lumea cealaltă,
Trupul făcându-le hrană la câni și la feluri de păsări…
Клянусь зевсовским зевсом, чем прыгать по всем этим переводам, проще уже ближе к пенсии выучить древний ахейско-эллинистический язык и гекзаметрить себе потихоньку, припадая к одному из первоисточников нашей постоянно гибнущей культуры…
На сегодня всё.
Дальше в этой серии — определение менторства через форму социальных связей. Поймём, почему менторов надо искать так же, как ищут друзей, и почему для (взрослых) современных людей это всё так невыносимо сложно, что они ходят в поисках менторов с деньгами наперевес, но никуда не доходят, потому что хотят не того, чего им могут дать.
В будущем рассмотрим следующие идеи:
- менторство переполнено мифами и подразумеваниями, которые порождают лютые ложные ожидания, и это плохо,
- не надо спрашивать «где найти ментора…» Надо спрашивать о том, что будет ПОСЛЕ того, как он найдётся,
- надо однозначно понимать что такое «ментор» (а также «менторинг», «менторат» и «менторирование»), чтобы не ожидать невозможного,
- надо понимать, чем отличается ментор от учителя и не путать эти роли,
- не надо называть учеников стрёмным словом «менти».