0

Две недели бороде, Пообтрепано пальто, Завели свой разговор тополя до начала конференции прошли в приятном, но суровом напряге — в подвалах SysIQ джуниоров-автоматизаторов тренировали…

1

Буквально за два дня до мероприятия вспомнил, что еще не сделал себе спец.футболку для конференции; пришлось бегать с утра и спешно по дебрям киева.

2

Посему на конференцию я прибыл в очень, очень, очень расслабленном состоянии полудремы, что помогло сосредоточиться на внутренних ощущениях, а не на внешних раздражителях. Например, спокойно осознал и воспринял то, что кругом много людей, которые могут спокойно ответить на вопрос «В чем твоё искусство?» или «В чём ты талантлив?»

Редкость же, ващще…

3

Из-за великого расслабона ВНЕЗАПНО получилось спокойно воспринимать посещаемые доклады «с нуля».

Работа в програмном комитете в каком-то смысле разрушает сказочность происходящего — почти все доклады уже знакомы, к некоторым даже руку приложил, и восприятие меняется.

То-то я когда-то удивлялся легкости, с которой Алексей Баранцев на конференции перемещается между залами, нигде особо не задерживаясь — дык знакомо уже всё, уже интереснее в коридорах тусоваться.

Однако стремление к покою пошло на пользу — сидел спокойно, внимал ясно, словно в первый раз, никуда не спешил.

4

Порадовала инициативная Виктория Птицына с конференцийным журналом.

Я, по наивности своей, думал, что журнал будут читать «не отходя от кассы», и соответственно продумал текст, однако «в поле» обнаружил, что журнал читать будут «когда-нибудь потом».

Иначе или так, ряд автографов на своем опусе пятом, фа-диез, я раздал.

И до выпуска изрядно букв Виктории понаписал, объясняя мелочи профессиональной верстки на примере первичных макетов. Кое-чем в итоге пришлось попуститься, но в остальном вырулили молодцевато.

Хоть это и первый выпуск совершенно неподготовленных в журналистике редакторов, однако получилось очень достойно, на уровне журнала выпускников журфакультета.

Изысканный эксклюзив: моя статья «Как работать в условиях: «Вот тебе приложение, тестируй, как работает — сам поймешь»» (pdf).

5

По старой дружбе дал себя слегка похантить салатово-футболочным рекрутерам из одесской Lohika 🙂

Жую лохиковский озонированный яблочный сок и хвастаюсь своей статьей в журнале

Пообщались знатно и ненапряжно и про близлежащих к Одессе молдаван, и про дифференциальную психологию в рекрутинге.

Например, Сати (на фото слева) считает, что выяснять психологические свойства кандидатской личности до непосредственно личного контакта излишне, тогда как я (на фото справа) уверен в том, что это как раз следует выяснять заранее, чтобы не приходилось выяснять все эти детали в ходе самого собеседования…

Вот поди отличи основные человеческие темпераменты…

Оно, конечно, проще выясняется при личном стыке, если у тебя за пазухой большой запас женской интуиции, а вот мне, обладателю мешка сугубо мужской логики, выяснять темперамент и прочие интро/экстравертностные свойства кандидатов непосредственно в ходе собеседования кажется излишней тратой времени. Могу и ошибиться.

6

Прогрессивному человечеству известно, что некоторые молдаване комфортно заселяют Одессу.

Мне в Одессе не очень комфортно, но это сугубо моя маничка.

Дык вот, Lohika то и дело проводит в Одессе мероприятия, аналогичные весьма качественным конференциями, только меньшего масштаба. Мне моментально подумалось о том, что ездить туда из Кишинева дело плёвое, и почему бы молдавско-подданным не набегать на конференции в Одессу, и я стал сурьезно разочаровываться в соотечественниках, которые всего этого не делают…

Однако вскоре додумалось, по какой причине эти набеги не являются массовым феноменом, и моё разочарование слегка ослабло.

Ну, не ездят…

Не всем дано, не каждому надо, не всюду требуется.

7

Мои младшие коллеги по SysIQ (нас там была целая мини-банда) впечатлились демонстрацией техники pairwise by Никита Постолакий (Luxoft). Удивился, мол, чего там особенного, бо я постоял часть доклада, и свалил — не вштырило. А оказалось, что для них это новинка.

Надо будет стряхнуть пыль с большого плана проведения принудительных внутрикомпанейских растолковываний про техники тестирования…

Да и вообще надо бы пересмотреть все техники тестирования в принципе.

8

Вроде бы у меня получилось растолковать Глебу Рыбалко, почему с точки зрения профессиональной ток-шоуной журналистики его с Викой Мусияченко подкасты «Тестирование, Backstage» в нынешнем формате обречены на нескорое, но безусловное загибание.

На пальцах левой руки показал, почему редколлегии подкаста нужна иная концепция, и пальцами правой руки объяснил, как ожидающие их проблемы решаются в большой журналистике.

Если мой injection был успешным, то «Тестирование, Backstage» через какое-то время должно вырулить надолго на новый уровень качества, чем я буду безусловно и незамутненно гордиццо.

К слову, «Тестирование, Backstage» означает всего лишь «Закулисье тестирования» 🙂

9

С шефом автоматизаторов «Одноклассников» Никитой Макаровым совершили кулинарный трип в «Шницель Хаус» на Саксаганского, вследствие чего я выбил себе из этого прелестного предприятия красивую скидочную карту; также стороны в ходе прогулки по переходящему в ночь Киеву обсудили ряд насущных проблем в тестировании социальной сети «Одноклассники» в частности и тестирования всего прочего вообще в Кишиневе, Одессе, Москве, Риге и прочих местах скопления тестировщиков.

И даже попали под руку уличного шаржиста, вследствие чего Никита стал похож на хитро ухмыляющегося армянина («Я твой дом шатал, труба вертел!»), а я на довольного жизнью еврея эпикуреиста-гедониста.

Пресловутое «видение художника» творит чудеса 🙂

«Мне теперь одна дорога, мне другого нет пути…

Где тут, братцы, синагога? Подскажите, как пройти…» ©

10

Николай Алименков восхищает: с температурой ходить на доклады, где неправильно рассказывают про agile, и терпеливо НЕ троллить докладчиков — это сила!

Хотя по итогам его все равно признали главным троллем конференции и выдали соответствующий приз.

11

А утром второго дня конференции я проснулся и понял — беда. Никуда не пойду. Давление изнутри давит наружу. Или наоборот. В общем, лежать, лежать, лежать.

Ну я и лёг, вследствие чего не смог дообщаться со всеми, кого видел в первый день.

12

Киев рулит, это знает каждый ребёнок, оснащенный леденцом, который у него еще никому не довелось отнимать.

Но почему-то в недрах Киева всё ещё гнездятся странные тётки образца «советская буфетчица». Обычно встречаются в небольших магазинах, но часть этих тёток основались в том самом КИМО, в котором проходила конференция.

Тётки эти активно отгоняли всех желающих взять с расставленных столов минеральной воды или замутить чаю, бо «приходите в 16.00, а раньше не надо, а то не всем достанется!»

Михаил Булгаков. «Богема»

В 1921 году было несколько иначе, чем в 1924 г. Именно нельзя было так ездить: снялся и поехал черт знает куда! Очевидно, те, что ведали разъездами граждан, рассуждали приблизительно таким образом:

~ Ежели каждый начнет ездить, то что же это получится?

Нужно было поэтому получить разрешение. Я немедленно подал куда следует заявление и в графе, в которой спрашивается:

~ А зачем едешь?

Написал с гордостью:

~ В Тифлис для постановки моей революционной пьесы.

Отогнанные от столов кочевали через дорогу в какое-то кофейно-кофейное заведение.

Например, перекинуться тремя парами слов с Наташей Руколь и Андреем Мясниковым получилось как раз в том заведении. И именно там же удалось спокойно поговорить с Сергеем Бережным.

В общем, КИМО в кофейно-поедальном плане — совок, а с совковыми организациями делать дела очень сложно…

Да, а тем, кто был допущен до кофейно-чайного стола к 16.00 повезло больше чем тем, кто подошёл туда к 16.10 — на столах уже было пусто.

Приносим организаторам наши сочувствия 🙂

Киев он такой… Внешне красивый, зараза, но внутрях местами внезапно недешевый и даже асоциальный.

13

Впечатлило наблюдение Максима Цепкова о тестировщиках:

Это конференция практиков, причем тестировщики-практики — значительно более конкретны, чем разработчики.

Они знают теоретические понятия — как слова. Они не слишком доверяют теориям, потому как не понаслышке знают, насколько слова, теория отличаются от реального мира.

И, в общем, потому они не слишком вникают в теорию — если это не описания тех программ, которые им надо протестировать.

Waterfall, Agile, Lean для них — теория. У которой есть предельно конкретное воплощение в собственной жизни.

А вот обобщенного понимания — часто нет. Потому как не нужно. И оно домысливается по месту, иногда адекватно, иногда — не очень.

Хочу отметить, что такая работа со словами, понятиями — характерна для современного мира, хотя и вызывает определенное неприятие и даже отвращение у представителей научной школы. Это работа с мемами.

Мем — не имеет четкого определения.

Мемы понимаются аудиторией очень широко, а границы — нечетки.

Разделяя мемы, человек проводит для себя некоторые фантазийные границы.

Это особенность современного восприятия. И она объективна. Она может не нравится, но она присуща миру, и максимум что можно сделать — это создавать закрытые клубы с четким определением тех или иных слов, отгораживаясь от мира. Но мир-то от этого — не изменится.

Аналитики нам други, товарищи и поставщики юз-кейсов! А юз-кейсы являются отличной едой для грамотного тестировщика!

И ссылок чуток

Программа конференции SQA Days 11 со слайдами и местами с видео.

Сборник видео докладов от Стаса Фомина.

Всяко отзывов с фотографиями о конференции.

Шыкаладных!

Известно международной общественности, что джуниоров в украинском IT много, их аж в пруду прудят.

Еще мы знаем, что джуниоры — это будущие сеньоры.

А к сеньорам-помидорам отношение необходимо особенное, внимательное.

Это мы, конечно, тоже знаем.

Посему пара тим-лидов тестировщиков SysIQ отрядились в винницкий офис за будущими сеньорами, ныне еще джуниорами.

Сперва отсобеседовали всех желающих стать джуниорами, а затем сеньорами, затем оставшихся в поле зрения собрали в неоднородную группу «на обучение».

Кто-то там уже знал, что такое тестирование, кто-то вообще не знал, но знать очень желал.

Оставалось всего лишь обучить всех сразу.

Высочайшим приказом мне было поручена простая задача: выехать в Винницу, и менее чем за неделю укусить превратить всех слушателей из бегиннеров в грамотных джуниоров-тестировщиков.

Кто, мол, превратится — того, дескать, нанимаем на государеву службу.

Поскольку эта задача очень сильно стыкуется с моими нынешними служебными обязанностями, отказать моему светлейшему начальству в столь любезном пустяке я не смог.

И с удовольствием отбыл по месту назначения.

Любопытный читатѣль спроситъ нас, какого окаянного дъявола мы перешли на штоль изысканный штиль письма.

Мы стремимсо удовлетворить любопытство разлюбезных читателев — в Винницу я прихватил мемуары князя Урусова, который в 1903 году губернаторствовал в дикой, жидопогромной и пышущей чернозёмом и южной ленью Бессарабии.

Там он умудрился водворить порядок «средствами культурными, без репрессий, без военного положения, усиленной и чрезвычайной охраны», что меня крайне удивляет и вызывает дикие решпекты в отношении этого государственного деятеля.

Поскольку вечерами я изрядно этой качественной литературы начитывался-с, милости просю потерпеть-с…

Дык вот.

Работать мне там было до резей в животе тяжело и интересно.

Хочется ещё.

От напряжения я увидел в Виннице Эйфелеву башню и даже веселого кракодила.

Очень, очень было интересно.

Изучали мы там, согласно моим заполуночным твитам, нечто похожее на практику и богословие тестирования.

Я попытался объяснить, что такое и зачем оно такое, это тестирование ПО; о том, какие бывают подходы и уходы от захватов и удушений; и все это продиралось сквозь тернии практических занятий и философски-психологических упражнений.

Судя по итоговым отзывам, у меня наблюдается какой-то особенный, «уличный» стиль преподавания.

Намерен в дальнейшем изучать свои возможности и границы, бо для меня этот феномен слегка неожиданный.

Оказывается, вообще есть какой-то стиль, надо же.

Материала я легко насобрал на месяц занятий, но…

Но в попытке ужать материал, чтобы выиграть время и уложиться в четыре дня, я таки переоценил легкость овладения практическими навыками написания тест-кейсов.

У учащихся на это сходу ушел один день на «въезжание в тему» при выполнении практического задания, плюс еще полдня на закрепление достигнутого, а всего надо было бы затратить на это все три дня.

Или месяца.

Посему для того, чтобы однозначно гарантировать приемлемый уровень подготовки вообще beginner-учащихся, я предложил бы на подобный тренинг две рабочие недели. Расклад простой: 24 часа теории и 56 часов практики в одном боекомплекте.

Будет ли подобный срок приемлем — хз, это серьезное бизнес-решение. Однако речь идет про обучение бегиннеров, а не просто про чтение лекций. Чем больше времени, тем лучше.

Отныне и впредь критичным я считаю количество слушателей для подобных мероприятий в шесть персон. Нужно парное число, бо ряд упражнений, которые я задавал, требуют совместной работы со сменой партнера.

Двенадцать человек, которые были в моем распоряжении — это алярм, ахтунг и очень сложно для получения обратной связи «глаза в глаза». От десяти и более слушателей нормально только для чтения лекций, а не для обучения.

В свободное время к нам забегали на краткосрочные слушания действующие тестировщики винницкого офиса. Чем-то мне все это напомнило кишиневские офисы…

В региональных офисах подобные мероприятия почти всегда являются экзотикой и сильным мотивационным фактором к развитию, ведь без примеров, которые хочется «догнать и перегнать» развиваться почти ни у кого не получается.

Поэтому временами мне было трудно рассказывать о некоторых динамичных вещах, потому, что там сложно найти ощущение действующего офиса. В Киеве этого ощущения навалом.

Пространства между людьми, на мой киевский взгляд, в винницком офисе ОЧЕНЬ много. Например, вхождение в ту или иную комнату вызывает резко напряженное внимание всех ее поселенцев — входящий нарушает равновесие сил, что ли, или тишину.

Итоги обучения были представлены в формальном виде, циферками.

Была выбрана следующая схема: каждому слушателю было задано десять тематических вопросов. Имена тестируемых были заменены на цифровые коды, результаты записаны и переданы на оценку двум действующим тестировщикам винницкого офиса.

Ответы были оценены по шкале между нулем и единицей (0, или 0,5, или 1), и суммированы.

Коды были снова перекодированы в имена, и выяснилось, что кто-то получил наивысший балл (1), кто-то низший (0,4). Средние успехи установились между 0,6 и 0,8 баллов.

Можно также делать такие опросы при наборе в группу, чтобы сравнить разницу между ответами ДО и ПОСЛЕ (полуночи). Это важный момент в обучении.

В контексте обучения я использовал очень древний способ дрессировки цирковых детей — за положительные результаты или за хорошие рассуждения выдавал слушателям конфеты.

Местами чувствовал себя как буникул Ион Крянгэ, который, как выражаются в газете «КП», учил молдавских детей в школе азбуке посредством сладких плетеных козонаков (пироги такие, сугубо румынские) в виде букв алфавита.

Теперь обязан начать придумывать сказки. Про роботов.

Поскольку сердце у меня мягкое и многоядерное, конфеты получили все, даже те, кто ими не питается.

Мммм…

Теперь посмотрим, кто примет Йеп, все приняли офферы от компании 🙂 Пойду готовить новичкам онбоардинг-программы.

Группа, паааапрашу на выход!

Искренне ваш.

В кошельке пополнело.

В глазах просветлело.

В ушах прозвенело.

C ежегодного собрания компании SysIQ принес на офисный стол еще одну звезду, на этот раз с титулом «SysIQ Playing Coach of 2011″

Эдакий комплект на офисном столе

Расшифровывается все это дело так: за успешное сотрудничество с компанией SysIQ (офисы разработки в Киеве, Ужгороде, Виннице, Луганске, Мариуполе, и в ряде прочих городов США) в должности «QA trainer» в контексте «помогальщика по общим делам и наиболее ярого делильщика знаниями» в 2011 году награждается товарищ [я] почетной звездой на мраморной основе в руки.

Итого, 2011 — гуд. А начинался он, страшно вспомнить, с того, что я шубуршил на проектах как обычный автоматизатор.

В который раз следует отметить, что награды приходят, когда о них вообще не думаешь, и не для них работаешь.

Теперь надо подумать, где и как мне достать вот такую звездочку, бо современные мне совсем не нравятся:

Cadillac Eldorado Convertible 1959

На стол ее, конечно, не поставить, но это смотря какой стол…

С праздничными праздниками!

Да требования же всегда есть!

Говорит, что не понимает тестировщиков, которые говорят, что «требований нет». Требования есть всегда, иначе программисты не смогли бы написать софт. Если сам заказчик не знает, что и как должно быть, но программисты уже сделали, следовательно, требования находятся в сознании у программистов. Надо идти к ним и выяснять.

«Требования существуют всегда. Точка».

Если надо давить авторитетом, то мэйдзин Александр Александров говорит то же самое уже который год.

А вот когда «нет четких требований» — это понятно. Это нормально. Требования не сформулированы, это нормально.

Почему тестировщики требуют требования?

От страха, йоптыть 🙂

Страшно принимать технические решения, если нет их обоснования, которое одобрено кем-то из «старших».

Страшно ошибиться.

Страшно, в общем.

Лечить этот страх следует посредством ног. Босоногие гуру аюр-веды всегда советовали ходить к программистам и обсуждать причины и решения, которые были приняты.

Ходить вообще надо часто. Требования, которые фиксируются на бумагах — это соглашения, которые следует зафиксировать во избежание разночтений и разнопониманий, не более. Все остальное находится в сознании.

В сознаниях, если угодно.

Все остальное тоже оговаривается, но не фиксируется в документах. Если не участвуешь в тусовке, то и требования, и основания для изменений, и вообще причины принятия определенных решений проходят мимо твоего сознания.

Эффективность тестирования зависит напрямую от взаимосвязей в группе разработки, а не от качественно подготовленной документации.

То есть, всеми своими левыми руками я ратую за то, что надо создавать отдельные боевые группы «программист + тестировщик». Личностные отношения в таких группах сделают больше, чем аналитическая подготовка.

Аналитическая подготовка — это всеобщий план артиллерийского предварительного обстрела.

После обстрела все равно остаются живые неприятели, и все равно нужно бегать в штыковую атаку. В штыковой атаке все происходит ситуационно, не всегда согласовано с большим планом сражения. Тут как раз срабатывает уровень подготовки к бою каждого солдата в отдельности, и «Конвенция о женевских военнопленных» тут может не действовать…

Теперь вот что. Меня иногда искренне спрашивают, мол, чего это ты так говоришь, что Баранцев крут — «чего там особенного?»

Ну, особенного там то, что он умеет основательно раскладывать события, факты и суждения по логическим полочкам, ибо — математика, и систематизировать их.

Я так не умею. Я мыслю скорее ассоциативно, нежели строго логически.

Как правило, строгие аналитичность и логичность не дружат с ассоциативностью, бо это как раз не епархия строгости. Но в моем сознании все эти части очень хорошо дружат друг с другом.

В каком-то смысле это делает меня очень сильным в определенных отношениях, хотя и прогибает в других.

Но на основе его систематизации у меня получается очень хорошо систематизировать собственные суждения. Иногда мы пересекаемся в выводах, но чаще всего его выводы меня опережают и удивляют, бо я до этого не додумался или не додумал, или вообще ощущаю ситуацию в иной плоскости.

В записи Сэнсэй говорит о том, что невозможно гарантировать полное тестирование требований потому, что невозможно учесть все условия, в которых работает софт.

Затем объясняет, как эту проблему следует грамотно разруливать. Ибо невозможность изначально учесть все условия нас ничуть не расстраивает — все выясняется по ходу дела и дополняется на ходу.

PS Волновать работников Глобала лейблом SysIQ на рукаве моей футболки не пришлось — суббота, офис пустой.

PPS Старый G-Club был уютнее. Ощущался как более масштабный, что ли…